Налоги и сборы.

В этот раз сирены ударили еще засветло. Мужское население деревни еще даже не думало о баре, а сирены уже выли. Самые смышленные попытались воспользоваться этим и побежали к лесу.
— Зря бегут. Провокация это. – сказал дед Федор. – Так уже было раньше. Специально не в бар идут, а у опушки дожидаются. А раз бегут – есть что прятать. А раз есть что прятать – все отнимут. Пойдем в бар лучше.
— Пойдем. – отозвался Саня. – Пить не хочется совсем, правда.
И они пошли к бару.
— Как так – не хочется?! – возмутился дед Федор. – Когда не пьют – это тоже подозрительно. Ты, сынок, меня слушай. Ты как войдешь – вискаря наполовину с самой дешевой водкой возьми.
— Чего это я в водку всякую гадость буду лить? – удивился Саня.
— Во даже как молодость чудит... – удивился дед Федор. – Ну, не суть. Ты этот коктейль употреби, чтоб от тебя несло. Как после двухдневного куролеса. Тогда ни у кого не возникнет мысли, что ты чего утаил. Пьяный человек в себе носить ничего не может. Понял, нет?
— Да понял я, понял. Пришли уж.
Бар потихонечку заполнялся людьми, жаждущими употребить. Бармен сначала пытался успевать с заказами, но вой сирен сильно мешал и бармен просто перешел на комплекс. Бутылка водки во все стопки, бутылка виски во все стопки, кучу бутылок пива на стойку. Саня ухватил две водки, дед Федор два стакана с виски и они прошли за свой столик. Саню к деду Федору подсадили после переезда из соседней деревни.
— Повезло с собутыльником. – любил при случае ввернуть дед Федор. – Могли и сволочь какую подсадить, а тут ничего. Дурак правда и в алкоголе не понимает.
Саня намешал в стакане алкоголь, выпил, поморщился и оглядел зал.
— Ты, дед, чего сдавать будешь? – шепотом спросил Саня.
— Да найду. – отмахнулся дед Федор. – В мои годы, от меня многого не ждут. А ты?
— Да, думаю, про прибавку к жалованью расскажу. Про заначку на мобилу к празднику для жены. От нее – герань, например.
— Да ладно? – не поверил дед Федор – Зацвела?
— Ну. – кивнул Саня. – Красным огнем, буквально, полыхнула позавчера на подоконнике Хватит, думаешь?
— Не знаю. – покачал головой дед. – Щенков добавь, наверное. В этом же году было?
— А вдруг отнимут? Ретривер, все-таки.
— Ну... – дед снизил голос до шепота. – Как бы Катьку твою не отняли. Пусть лучше ретриверов.
— А ты откуда знаешь? – опешил Саня. – Мы ж — ни анализов, ни на учет, ничего до сбора.
— Болтать в доме надо тише. – прошептал дед. – тсссс!
В бар вошли Сборщики в красных комбинезонах и тут же умолкли сирены на улице.
— Добрый вечер, налогоплательщики! – гаркнул один из Сборщиков.
— Добрей было, пока вы не пришли. – гаркнул с места дед. – А сейчас уныло все стало.
— Да, да. Прибедняйся. – серьезно сказал Старший. – Те у леса тоже клялись, что все плохо. А потом оказалось – у кого диплом появился, кто в лотерею сорвал, кто... В общем, нашлось у всех. Сейчас-то сиильно похуже стало у них все. Кому переломы лечить, кому зубы ставить. А не нужно бегать от закона. Уроком это вам, граждане. Наглядным примером, таксказать.
Старший достал из кармана кастет, для чего-то дунул на него, и спрятал обратно.
— Ну, кто первый? – спросил Старший. – Бармен?
— Да у меня чего? – затараторил бармен. – Выручка на тридцать процентов больше стала. Своего бухла продал пятьсот литров – считай подъемы какие. Ошиблись с деньгами в мою пользу раз пятнадцать. Стаканов вон каких подарили – смотри.
— Окей, окей. Хватит. – сказал Старший. – А «заведение года» тебе дали – это не в счет?
— Да, это ерунда же. – побледнел Бармен. – Бумажка такая.
— Бумагу отдал! – гаркнул Сборщик у стойки. – Ерунда, не ерунда мы тут сами будем решать.
Бармен всхлипнул, достал из под стойки диплом и передал Старшему.
— Руку! – скомандовал Старший.
На ладонь Бармена упала печать.
— Поздравляю вас, гражданин. Вы уплатили налог на Добрые Вести. – подгладил Старший плачущего Бармена по голове. – Следующий!
Саня было встал...
— Сядь, дурак. – прошипел дед Федор. – Куда лезешь?! Под подозрение попадешь.
— Я за водкой еще... – пьяно выпалил Саня. – Ты будешь?
— Виски. – кивнул дед Федор и едва заметно кивнул Сане – молодец, мол.
Саня под взглядами посетителей и Сборщиков, чуть покачиваясь, дошел до бара.
— Не реви, девочка. – сказал он Бармену. – Водки и виски.
Он взял выпивку и пошел на место.
— А вы, гражданин, не желаете быть следующим? – прилетел в спину вопрос от Старшего.
— Неа. – не оборачиваясь, пьяным голосом отказался Саня. – У меня много. Я пока людей послушаю, за них порадуюсь.
— Сюда иди. – жестко сказал Старший. – Раз уж много, пусть людям примером станет — как человеку не жалко Добрых Вестей.
— Сейчас. – сказал Саня и опрокинул в себя оба стакана.
Он какое-то время пытался удержать в себе алкоголь, выдохнул и пошел к Старшему.
— Хитро. – сказал Старший. – Но не выйдет ничего. Из алкогольного забытья мы умеем доставать. А теперь давай – рассказывай про прибавку, про заначку, по герань... Что-то еще может?
— Да вроде ничего. – потупил взгляд Саня. – Похудел на пару килограмм. Радиоприемник починил.
— И мне его подарил! – закричал с места дед Федор.
— Руку! – не сводя глаз с Сани, сказал Старший.
Саня, не веря, протянул руку.
— Не тебе, балбес. – прошипел Старший. – Дед уплатил свое.
— У меня еще есть. – забубнил дед Федор. – У меня там еще...
— Вывести! – бросил Старший. – Печать и вывести.
Двое Сборщиков пошли к деду, сноровисто пропечатали ему ладонь и отвели к дверям. Дед не сопротивлялся почти и только бубнил:
— Уже и в баре не посиди, уже и за людей не порадуйся, нарушаете права...
— Суки! – крикнул он уже с улицы.
— Ну, Александр. – пристально посмотрел Старший на Саню. – Еще что-нибудь?
— Нет ничего. – покачал головой Саня. – Совсем... а да – Щенки! У меня появились щенки. Ретриверы! Четыре штуки.
— Это хорошо. – кивнул Старший одному из сборщиков. – Сгоняй по адресу.
Сборщик выбежал из бара и побежал к Саниному дому. Саня протянул руку Старшему.
— Нет, нет, гражданин. – покачал головой Старший. – Он вернется сейчас. Может ему не надо бегать дважды? Зачем волновать женщину? Ей ведь нельзя волноваться, да?
У Сани потемнело в глазах и он бросился на Старшего. Успел ударить раза два , но сзади навалились и крепко ухватили за руки. Старший утер вытер разбитые губы, выплюнул зуб и медленно достал из кармана кастет. И резким движением выключил Вселенную для Сани.
Саня пришел в себя через часа два. В голове сильно гудело. Он с трудом поднялся, посмотрел на ладонь со свежей печатью. Бармен поднес водки.
— Ничего, парень. Так бывает. – сочувственно сказал он. – Зато теперь – пожизненное освобождение. Ты ж молодой еще, а эти больше не тронут.
— Знаю. – сказал Саня и вдруг понял почему в таких случаях выдается освобождение. – Какие теперь от меня хорошие новости. Так ведь?
— Да. – кивнул Бармен. – Еще водки?..
Через неделю, Президент выступал со своим еженедельным обращением к нации.
... – Что еще хотелось сказать, граждане? Цените простые радости в жизни. Цените каждую их них. Мне вот недавно подарили радиоприемник. Не новый. Явно после ремонта. А сколько радости от него! Или вот четыре шенка ретривера, которых принесла моя собака. Или то, что резиденцию признали «заведением года»! И самое главное... – Президент мило улыбнулся в камеру – Моя Катерина – беременна. Это ли не счастье?!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *