Развлечения

Однажды Семен Иванович, совершенно неожиданно для себя, обнаружил в своем огороде соседского мальчишку Петьку, самозабвенно поедающего взращиваемую Семеном Ивановичем морковь. Мысль о том, что семья лишается бесценного каротина, вкупе с отсутствием раскаяния на лице у Петьки, так взбесила Семена Ивановича, что Петька незамедлительно стал обладателем:
а) пылающего, выкрученного крепкими пальцами фермера, уха;
б) отхлестанного хворостиной, согласно Уставу Огородников, зада;
в) огромного, как экономическая мощь Китая, чувства обиды.

Такая Большая Обида не могла уместиться в тщедушном теле Петьки и была разделена с любящим родителем – Захаром Николаевичем. Захар Николаевич не смог вынести вида плачущей плоти от плоти своей и вышел потолковать по-соседки с Семеном Ивановичем.

— А не охренели ли Вы, Семен Иванович, чужих детей бить? – вежливо начал он беседу – Я ведь за такие выверты могу и побои Вам нанести. Предположительно, в область лица.

— Разумеется. – не менее галантно подхватил разговор Семен Иванович – Отчего ж не попробовать повредить лицо человеку, который пытается помешать всякому отребью наедать морду у себя в огороде? Это ведь гораздно легче, чем самому попытаться прокормить свое отребье. А насчет побоев – советовал бы Вам не горячиться. Я вполне удовлетворен расправой над Вашим сыном. Избиение Вас тоже приятно, но зачем мне столько удовольствий в один день?
И засмеялся обидно. Захар Николаевич в сердцах пнул ограду из сетки рабицы, разделяющую огороды. Пес Семена Ивановича, совершенно случайно оказавшийся по ту сторону сетки, взвыл от боли и выбежал от греха с огорода.
— Заметьте, я пинал свою сторону забора, на что имею полное право. – захихикал подло Захар Николаевич.
— Чем Вам животное не угодило, а? Да Вы большее животное, чем ударенный Вами пес. Видит бог — я не хотел этого. Вы сами виноваты... – вздохнул Семен Иванович, достал из кармана револьвер и открыл огонь по Захару Николаевичу.
— Заметьте! – кричал он между выстрелами – Я стреляю по своей стороне забора. На что имею полное право.
Захар Николаевич ойкал и кривился при каждом попадании, но не переставал дразнить Семена Ивановича:
— Мазила Вы! Стреляете Вы так же плохо, как и следите за своей морковью. Которая, ксати, и не уродилась вовсе! Сейчас я Вам это докажу.
Захар Николаевич метнулся в сарай и через мгновение выскочил оттуда с огнеметом.
— Страшнейшая засуха в регионе! Сгорело все! – кричал он выжигая дотла огород, одежду и волосяной покров Семена Ивановича.
— Что ж Вы за хамло такое? – обиделся Семен Иванович – Одежду попортил, прическу опять же... Неадекватный Вы дурак, Захар Николаевич. И из-за этого у Вас сейчас будут проблемы.
Семен Иванович покрутил пальцем над собой. Образовавшийся от кругового вращения пальца смерч прошелся по огороду Захара Николаевича и потоптался на сарае и бане, не оставив от них ничего, кроме приятных воспоминаний.
— Старый, добрый, нечестный прием. – хмыкнул изрядно потрепанный Захар Николаевич — А вот недвижимость сносить не надо было. Недвижимость сносить все умеют. Вот так, например.
Захар Николаевич дунул в сторону дома Семена Ивановича, отчего дом, вместе с фундаментом и погребом, отделился от земли и унесся в изумительно красивое, безоблачное небо.
— Странный Вы какой-то. – опечалился Семен Иванович – Где ж я теперь жить буду, по-вашему? У Вас что ли? У Вас тесно очень.
— Чего эт? – не понял Захар Николаевич – Один из самых просторных домов. У меня в доме, между прочим, просторы необозримые. Метраж огромадный.
— Метраж-то метраж... – поцокал языком Семен Иванович, отрастил огромную руку и ударил по дому Захара Николаевича – Потолки очень низкие.
— Как, я спрашиваю, можно жить с такими низкими потолками? – поднял он тонкую пластину, в которую превратился дом Захара Николаевича, и бросил в вышеупомянутую пластину в вышеупомянутого Захара Николаевича.
— Все что нажито! – закричал Захар Николаевич, заскочил на пролетающую мимо пластину и, с видом заправского скай-серфера, отлетел на полторы тысячи километров.
— И враг бежит, бежит! – заплясал Семен Иванович, ничуть не смущаясь своей наготы.
— Фигушки! – донеслось издалека громогласное ржание Захара Николаевича – Примите наши подарки! Летят с приветом!
Со оглушительным свистом на участок Семена Ивановича упал метеорит. По всей видимости, метеорит был не самым маленьким, потому что Семен Иванович обнаружил себя на дне километровой воронки под толстым слоем пепла.
— Апчхи! – чихнул Семен Иванович, отчего пепел поднялся, закрыл солнце и сотворил ночь по области.
— Что Вы наделали, безумец! – закричал он в кромешной тьме – Тут же были люди! Они в чем виноваты?
— Помилуйте, Семен Иванович! – засмеялся Захар Николаевич – Вокруг меня по-прежнему люди. Это у Вас там стемнело неожиданно.
— Ну... Люди повсюду одинаковы смертны! Что у нас по области, что у Вас... где Вы там находитесь? – решил схитрить Семен Иванович.
— Да, да, да. Так я вам и сказал! – не переставал смеяться Захар Николаевич – Вы подурней себя кого-нибудь найдите.
— А, впрочем, какая разница-то где Вы? – обозлился Семен Иванович и обрушил с огромной силой Луну на Землю.
Рвануло так, что Захар Николаевич лишился слуха на минут пять. Он озабоченно хлопал себя ладонями по щекам, пытаясь вылететь из огромного облака пыли и осколков планеты и спутника ее. Через минут пять, однако слух вернулся и он смог услышать:
— ... и не надо там молчать так таинственно! Я ведь знаю что ничего с Вами не произошло! Ну что? Как вы там? Понаслаждались обществом окружающих? Хахаха.
— Рано веселимся , Семен Иванович! – закричал Захар Николаевич – Веселье только начинается!
Он смастерил из останков планеты громадную комету и швырнул ее на голос Семена Ивановича. Промахнулся, разумеется. Верней, не совсем промахнулся – комета пронеслась мимо Семена Ивановича и врезалась в Солнце. Светило не вынесло такого к себе обращения и превратилось в сверхновую.
— Красиво как. – восхитился Семен Иванович, отлетевший на безопасное расстояние.
— И не говорите. – поддержал оказавшийся неподалеку Захар Николаевич – Неописуемо красиво. Ради такого зрелища – ничего не жалко.
— Неплохо повеселились. Неординарно так. – миролюбиво сказал Семен Иванович, пытаясь закурить в безвоздушном пространстве.
— Ага. Может до вон той туманности метнемся наперегонки? – предложил Захар Николаевич – Разомнемся малость, полетаем...
— В Вас никогда не умрет мальчишество! – засмеялся Семен Иванович – Всадник Апокалипсиса вроде, а в душе – пацан пацаном.
— Я не повзрослею никогда! – кивнул Захар Николаевич – Не старею душой! И вам того же советую!
— Ладно. Поигрались и хватит. – сплюнул Семен Иванович бычком в направлении Альфа-Центавра – Давай назад отматывать.
— Давай. – пожал плечами Захар Николаевич – Хорошо повеселились – пора и честь знать...

...такая Большая Обида не могла уместиться в тщедушном теле Петьки и была разделена с любящим родителем – Захаром Николаевичем.
— А нечего по чужим огородам шастать! — выдал Захар Николаевич Петьке образцово-показательный подзатыльник – В своем огороде тебе морковки не хватает? Уйди с глаз моих.
И вышел в огород. Покурить с Семеном Ивановичем. Или анекдотов потравить.

155 thoughts on “Развлечения

  1. Начало, с заковыристым язычиной — обалденно хорошо. В нем тот самый космополет, что в конце как бы материализуется. Заразительный, зараза. И прыжок к фантастике от бытовухи редкостно ошарашивающий. Хор-р-рошо!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *