Подлость потусторонняя

Федька попал в ад.
Не в смысле, женился неудачно, или там, например, устроился воспитателем в детский сад для детей олигархов, а в буквальном смысле — помер и по распределению был отправлен в Преисподнюю.
Этот факт не удивил бы никого из знавших Федора при жизни. Некоторые, наверняка, бы даже процедили «Туда ему и дорога», если бы знали. Впрочем, и так процедили некоторые подлые товарищи. Даже те, которые атеисты. Так уж повелось в многоквартирных домах, что пьющих трубачей почему-то не очень любят соседи. Самого Федора распределение тоже не очень чтобы расстроило.

— Ну а чего? Я ж атеист. – прояснял он свою позицию, человеку стоявшему позади него в длинной очереди, очень похожему на работника паспортного стола – Зато я жизнь отгулял. Как хотелось. Я, по правде, вообще не верил, что что-то будет после того как помру. А тут, оказывается есть. Все одно повеселее, чем раз — и выключилось все.
Человек, впрочем, не разделял радости Федора, безутешно плакал и причитал:
— Кто ж знал-то? Они ж ходют толпами... Кто ж выдержит... И не хамил вроде особо...

«Ад! Круглосуточно!» приветливо моргала неоном вывеска над воротами. Человек позади тихонечко завыл.

— Да, да. Тут-то тебе и капец. – поддержал Федор человека – Я думаю? тебя заставят вечно стоять в очереди за какой-нибудь бумажкой. А когда кончится вечность, объяснят что ты не все документы принес и отправят в конец очереди. Нечего и бояться.
— Я на тебя потом посмотрю. – непонятно пригрозил плакса и зарыдал еще сильнее то жалости к себе.
— И думать забудь. Это ж Ад, чувак! — хлопнул Федор человека по плечу – Никто тебе не покажет приятного на вид человека, вроде меня.
— Смелей, грешники! – гаркнул Федор назад и шагнул в открывающиеся ворота.

Хорохорился, конечно, подлец. Боялся ведь, что изобьют его ногами сразу за порогом. Или покажут сериал «Моя прекрасная няня». Или заставят на трубе сыграть песню Тимати «У нас в клубе». Ну или еще какое мучение учинят.
Однако, ад не был бы адом, если бы действительность не оказалась ужаснее любых ожиданий. За конторским столом восседала бывшая теща Федора, Елизавета Макаровна, обряженная в футбольную форму, ненавистного Федору ЦСКА.
— Это отвратительно! – возмутился Федор – Я, конечно, ожидал от вас, Елизавета Макаровна, любой подлости, но чтоб так...
— Ага! Попался, голубчик! – нараспев пропела Елизавета Макаровна – Небось не думал, не гадал, что ко мне вернешься?
— Нет! В том что вы здесь карьеру сделаете – я нимало не сомневался. – сказал Федор – Мне отвратительно другое! Неужели не было больших размеров вашей одежды? Зачем эта облипочка? Все складки видны! Фу на вас! И после смерти в вас ни грамма вкуса! Что не может не радовать. Я всю жизнь в вас не ошибался. Удивлен, что мне не присвоено звание Великомученника. Крайне удивлен!
— Это подло! – закричал чертик, сбрасывая личину Елизаветы Макаровны – В вашем случае не испытывать мучений, при виде начальствующей тещи – подло и бесчеловечно. Меня ведь наказать могут за такие ошибочки.
— А нечего мудрить тут! – строго отрезал Федор – Антуражем запугивать музыканта, отыгравшего на тысячах халтур, по меньшей мере, глупо. Делайте свое дело. Мучайте. Масло, небось, раскалено уже в котлах? Пилы, клещи и тиски уже приготовлены? Вот и давайте.
— Бред какой. – поморщился чертик – Какое масло, какие пилы? Зомбированный какой грешник пошел. Религиозной пропагандой промытый. По-другому у нас все. По-другому... Вот вы, например, что любите?

Чертик достал блокнот и приготовился записывать.
— Что я люблю... Как все, наверное... – даже как-то растерялся Федор — Пожрать, наверное. И чтоб мясо обязательно. Раза три в день. Жилье чтобы на невысоко. Соседи чтоб глухие были. Чтоб диван удобный. В холодильнике, чтоб завались всегда было. Бар недалеко и там нахаляву чтобы. Ну или за игру на трубе чтоб наливали. Женщины чтобы красивые. И грудь — третий нумер. И сговорчивые. Ну и работать чтоб в свободном графике. И по телевизору чтоб интересное показывали. Всегда. И никаких профилактик. Каналов 80 надо. Чтоб долго щелкать. Ну и... и порнушка ночью, конечно... Ну, пожалуй и все. Вы успеваете записывать?

— Записывать? – хихикнул чертик – Вы с ума сошли, Феденька? Я вычеркиваю!

— Это подло!! – возмутился Федор и продолжил скороговоркой – Еще мне нравится когда поют все кого крутят по Муз-ТВ, включая Жасмин, группу Тутси и Олега Газманова! И дом-2 очень люблю! И Фабрику Звезд! Чтоб круглосуточно! Очень люблю когда в туалете сидишь и понимаешь, что бумага туалетная закончилась и книжки ты вчера из уборной на полки вернул. А газеты выкинул. А еще люблю очень, когда соседи сверху ремонт делают и перфоратором работают. С семи утра и до трех ночи. Когда пиво в магазине рядом заканчивается, а до следующего 18 остановок на переполненном автобусе – обожаю просто! Без денег оставаться, а до получки еще 29 дней – это вообще оргазм! А еще обожаю, когда приходят домой и часа три говорят «Не так ты живешь, Феденька. Надо же по-другому»...

— А вот это записано! – захохотал чертик – Желание клиента – для нас закон. Спасибо, Федор!
— Вот черт! – сказал Федор – Тварь подлая!
— Спасибо еще раз, Федор. – поклонился чертик – Теперь мне дадут пару дней к отпуску. А теперь о вас. Вот вам адрес. Загнитово шестнадцать, дробь сорок пять . Шестнадцатый этаж. Самый верхний. С крышей непорядки. Как и с лифтом. Зато балкона нет. И вода не доходит. Ни холодная, ни горячая. С восьми утра – на работу. До восьми, разумеется. Иначе из получки вычитают. Работа непыльная – будете вслух, с выражением, зачитывать реплики из чата «Знакомства. Кому до 16». За смех – штрафуют. Вроде как и все.
— Жуть какая. – ужаснулся Федор – Каждый день так?
— Ну что вы? – успокоил чертик – Мы же не звери какие. В среду – боулинг. По пятницам – открыт бар с пивом и танцами. Суббота и воскресенье – выходной. Работают кинотеатры. Вы привыкнете, Федор. Все привыкают. Хахах. Потому что выбора-то, все равно, нет. А теперь, марш к месту отбывания.

Федор зашагал по аду, к месту проживания. Вывесок и указателей, разумеется, не было никаких, а прохожие почему-то все оказывались приезжими. Смекалистый Федор спросил в продуктовом магазине как ему добраться до Самосадово три, дробь шесть, и , следуя указаниям, обнаружил свой дом с неработающим лифтом.

— Да и фиг с ним. – бормотал он, поднимаясь по лестнице – Ко всему привыкаешь. Не сахар, но ведь и не капец полный. Выживем. В среду на боулинг вон пойду. В выходные можно валяться. Книги читать. Пусть даже плохие. И от салатов никто не умирал. А если и умирал – пофигу уже. Помер ведь уже... А пугали – ад, ад! Ничего страшного ведь...

Он дошел до квартиры, открыл дверь, осмотрел убогое жилище, поцокал языком на плесень по углам, всплакнул при виде убитой сантехники и труб, взглянул на стену на кухне и закричал от ужаса.

Календарь ехидно сообщал – «Календарь на 5000 лет. Август 0 года» и ниже «13 августа – понедельник, 14 августа – понедельник, 15 августа – понедельник...31 августа — понедельник». И совсем внизу «Можно не листать –понедельник будет всегда.»

207 thoughts on “Подлость потусторонняя

  1. я ваще с твоими писульками курить хожу...

    распечатала-и курить.

    как раз на сигаретку.:)

  2. фразу «понедельник будет всегда» буду в понедельники в статус аси ставить. хорошая фраза.

  3. прочитала потому что рейтинг высокий, потому что восторженных комментов хуева куча.

    не впечатлилась.

    кстати понедельник обожаю, воскресенье терпеть не могу, потому что завтра понедельник. так что все нормально у него будет.

  4. «...А по субботам праведный раввин молится и руку на вора поднять не может, так что дело казалось верным...

    Раввин их застукал, когда они трясли старые книги, потому что надеялись, что в них он расправляет ассигнации. Раввин помолился, и суббота мигом превратилась в сплошной четверг. Когда он устал, старый все-таки человек, он отложил табуретку и помолился еще разок...»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *